Авторизация
Забыли логин или пароль?
Напомнить логин
 
  Авторизация
Напомнить пароль
 
  Авторизация

Новости ХК "Трактор"
«Мне всегда хотелось, чтобы «Трактор» стал чемпионом»

03 января 2018

Эпическое интервью главного куратора «Трактора» советского времени Евгения Тяжельникова: о судьбах, истории и любви к челябинскому хоккею. 
Фотография

В 60-е, 70-е и 80-е – и в Челябинске, и в Москве – вы периодически занимались решением сложных вопросов «Трактора», помогали клубу. Что было в поле вашей деятельности? 

Когда я работал секретарем комитета ВЛКСМ и ректором Челябинского пединститута, всегда стремился приобщить к хоккею студентов. У нас во дворе института была хоккейная коробка. Плюс студенты регулярно встречались с тренерами – Тарасовым, Чернышевым, звездами мирового хоккея Бобровым, Бабичем, Сологубовым. На кафедре физкультуры мы открыли одно из первых в стране отделений хоккея, которое окончили многие будущие великолепные игроки и тренеры. 

Как секретарь челябинского обкома КПСС я всегда стремился энергично поддерживать нашу команду и ее тренеров. Поддерживал я не только «Трактор», но и другие команды города и шире – Челябинской области – «Буревестник», «Металлург», команды Магнитогорска, Златоуста, Чебаркуля.

Говорят, что вы очень любили «Трактор». А как все началось? Какой матч вы впервые увидели вживую?


Никогда не забуду 12 декабря 1948 года, когда «Трактор» (тогда «Дзержинец») дебютировал в первой группе третьего чемпионата СССР. Соперником нашей команды был ЦДКА, за который играли Бобров, Бабич, Никаноров, Мкртчян, Старовойтов. Армейцы Анатолия Тарасова выпорхнули на лед в прекрасной форме, цветущие, абсолютно уверенные в разгроме новичка. Челябинцы же выглядели скромными, смущенными, робкие – в темной форме, а вратарь Ребянский вышел на лед в шлеме танкиста. И было их по ощущениям – двенадцать или пятнадцать. 

Началась игра и шеститысячный стадион восторженно рукоплескал: Женишек забросил первую шайбу, Степанов – вторую. Зрела сенсация, но ценой громадных усилий и тренерского таланта Тарасова гости сравняли счет. К сожалению, играя практически в три защитника, наша команда явно устала. А в самый ответственный момент у нашего капитана и тренера Васильева сломалась клюшка. Армейцы воспользовались ситуацией – Орехов забросил победную шайбу. 

Именно тогда хоккей очаровал меня, стал любимой игрой на всю жизнь. А «Трактору» и ЦДКА я отдал свое сердце. После этого я смотрел в Челябинске все матчи нашей и других команд тоже, когда они играли у нас. 

В Челябинске в те годы начинали свой звездный путь многие выдающиеся хоккеисты. Виктор Шувалов, чемпион олимпийских игр и мира, чемпион СССР, Сергей Захватов, Николай Эпштейн, Борис Кулагин, приехавший в «Дзержинец» после двух сезонов в московском ВВС. 

Вспомните, самую интересную околохоккейную историю того времени.


Сейчас уже мало кто помнит, что тогда даже в Москве не было искусственного льда, команды проводили не только предсезонные сборы, но и первые матчи в Свердловске и Челябинске, где лед появлялся значительно раньше, чем в столице, Ленинграде, Риге и Таллине. Случалось, что в воскресенье мы смотрели по три матча подряд, проводя на стадионе целый день. Тогда не было специальной техники для уборки снега, играли на катках под открытым небом и после каждого периода на лед выходили несколько человек с лопатами и метлами – расчищали площадку, а потом заливщики готовили ее для продолжения игры. Один из заливщиков в Челябинске был редким мастером. Поэтому Василий Сталин, курировавший ВВС в 1949 году увез в столицу не только Шувалова, Рогова, но и этого заливщика.

Была еще одна интересная история. 

Как-то Виктор Столяров, другие тренеры «Трактора» и Иосиф Брик, председатель спортклуба ЧТЗ, зашли в ЦК ВЛКСМ и попросили помочь решить вопрос о приобретении современного зарубежного высококачественного спортинвентаря – клюшек и коньков, экипировку. На валютные средства завода. Я обратился к министру внешней торговли СССР Патоличеву, который во время Великой Отечественной Войны работал первым секретарем челябинского обкома. Южный Урал под его руководством внес выдающийся вклад в Великую Победу. Патоличев любил и энергично поддерживал культуру и спорт. Он всю свою жизнь болел за футбольное «Торпедо», но и всегда тепло вспоминал свою работу на Южном Урале, на ЧТЗ, он поддерживал и решал все вопросы «Трактора». Помог нашей команде он и тогда. 

Вы принимали непосредственное участие в строительстве Дворца спорта «Юность». Как все было?

В свое время эта проблема была самой острой для Челябинска – у нас в городе не было закрытого дворца спорта с искусственным льдом. В ходе краткосрочного совещания секретарей ЦК, крайкомов и обкомов партии я с группой коллег побывал в Минске, где знакомился с опытом идеологической работы Компартии Белоруссии. В республике было очень много интересного, полезного и весьма поучительного для нас. В том числе, мы побывали и в недавно построенном дворце спорта. Вскоре после возвращения я в неформальной обстановке обратился к первому секретарю обкома КПСС Николаю Родионову с настоятельной просьбой решить вопрос о строительстве ледового дворца в Челябинске. Его необходимость была очевидна: «Трактор» оставался одной из немногих команд высшей лиги, не имевшей своего искусственного льда. Дворец открывал возможности для развития не только хоккея, но и фигурного катания, игровых видов спорта, для проведения крупных соревнований и культурных программ, гастролей прославленных творческих коллективов. 

Задуманное удалось в полной мере. 

В этой истории меня поддержали первый секретарь Центрального райкома КПСС Тихоплав и завотделом оргпартработы обкома партии Фомиченко. Убедить Николая Родионова было нелегко: столь крупного объекта не было в плане, отсутствовал проект, необходимые средства и фонды, были перегружены строители города. Однако Родионов поверил нам, загорелся и поставил задачу ввести дворец спорта в эксплуатацию к 7 ноября 1967 года, к 50-летию Октября. По моей просьбе он тут же позвонил Машерову, первому секретарю ЦК КП Белоруссии. Который не только согласился принять группу челябинских специалистов, но и передать нам проект, рабочие чертежи минского дворца. 

Мало кто верил, что к ноябрю дворец в Челябинске будет готов. В это не верили и многие строители, в том числе, управляющий треста «Челябинскгражданстрой» Самойлович. Но Родионов был тверд в своем решении, поэтому заявил: «Дворец будет построен с вами, Захар Данилович, или без вас. Выбирайте». Так началась эта гигантская по объему задач, сложнейшая по инженерным решениям стройка, которая сразу стала ударной, комсомольской. Оперативно были сформированы штаб, комсомольско-молодежные бригады, студенческий строительный отряд. 2 февраля 1967 года был вынут первый ковш грунта, уже 3 ноября состоялось собрание строителей во дворце, построенном всего за девять месяцев, а 5 ноября – торжественное заседание, посвященное 50-летию Октября. Дворец получил название «Юность». 

В конце шестидесятых вы переехали в Москву, но и там старались не пропускать матчей «Трактора».

Конечно. Если только не было совсем уж уважительных причин. Часто на эти матчи мы приезжали с олимпийской чемпионкой по конькобежному спорту Лидией Скобликовой, легкоатлетом Владимиром Лощиловым и другими земляками. 

Однажды наша команда крупно обыграла «Спартак», каждую заброшенную шайбу моих земляков я горячо приветствовал. Не только я, но и сидевшие рядом коллеги – Сурен Арутюнян, будущий лидер компартии Армении, видный дипломат. За нами тогда сидели маршал артиллерии Василий Казаков и Тигран Петросян, легендарный чемпион мира по шахматам – оба страстные болельщики «Спартака». Наш восторг их явно раздражал. Маршал обратился к Сурену гневно: «Ты-то чему радуешься?! Ты же москвич!». На что Тигран ответил: «Какой он москвич, чтобы им стать нужно прожить в Москве 25 лет». При том, что они были дружны между собой, а я – с ними. 

Геннадий Цыгуров называл вас «защитником «Трактора»». Он имел ввиду только помощь с переходами игроков и лоббирование интересов клуба на верху. Вы помогали оставить в «Тракторе» многих сильных хоккеистов. 


Это самые сложные, но в то же время правильные вопросы. У меня всегда были добрые и искренние отношения со всеми тренерами, в том числе, сборной СССР – Тарасовым, Чернышевым, Бобровым, Тихоновым, Кулагиным. И не буду скрывать, мне хотелось, чтобы все наши игроки оставались в Челябинске, а «Трактор» стал чемпионом. Но надо было думать и о самих спортсменах, их семьях, творческом росте, грядущих ярких победах. 

Да, играя за «Трактор» чемпионами мира стали Сергей и Николай Макаровы, Сергей Мыльников (который и Олимпиаду выиграл), но нужно иметь ввиду, что принцип комплектования сборной многие годы был таким: две пятерки из ЦСКА, по одной – из московского «Динамо» и «Спартака», либо «Крыльев Советов». Из периферийных команд туда попадали единицы – Балдерис из Риги, Коноваленко из Горького. Практика была эффективной, звенья были сыграны, это приносило результат. Поэтому приглашение в базовые клубы открывало отличные перспективы. Так что эти деликатные вопросы приходилось решать не только в интересах спортсмена, но и советского хоккея. 

В то время даже звание мастера спорта СССР присваивалось лишь тем хоккеистам, команды которых занимали места с первого по третье в чемпионате, либо играли в финале Кубка. Георгий Женишек, один из самых ярких игроков своего времени, получил это звание спустя десятилетия после завершения спортивной карьеры. Когда председатель тренерского совета федерации хоккея Кострюков откликнулся на мою просьбу. 

Были моменты, когда вы не могли помочь «Трактору»? Цыгуров рассказывал, что только в тех моментах, когда вопрос решался на уровне Брежнева, Андропова или Устинова – и игроки переходили в «Динамо» или ЦСКА.

Выше уже сказано о моем отношении к «Трактору» и его поддержке. В меру своих возможностей делал я все легально и честно. Леонид Брежнев очень любил хоккей, команду ЦСКА, часто бывал во дворце, однажды, даже с Фиделем Кастро смотрел матч – как пишет Третьяк. За ЦСКА болел Устинов, за «Динамо» Андропов. Но никто из них, конечно, не занимался комплектованием команд. 

Кстати, в последние годы чего только не сочинили о жизни и деятельности Брежнева, говорили, что по его указанию хоккейные матчи в Москве стали начинаться не в 19:00, а в 18:30, так как генеральный секретарь не успевал после матча к программе «Время». На самом деле решение было принято по инициативе отдела пропаганды ЦК КПСС. В те годы прямые репортажи о матчах велись на первом канале. Игры продолжались не более двух часов, так что в 21:00 традиционно начиналась программа «Время». В конце же 70-х матчи в два часа перестали укладываться. Именно поэтому время поменяли.

В Москве вы ведь участвовали в хоккейных делал не только «Трактора»?

Однажды Юрий Владимирович (Андропов) позвонил мне в отдел пропаганды ЦК КПСС и высказал крайнюю озабоченность тем, что Тихонов не включил в состав сборной динамовца Валерия Васильева. Просил посодействовать в решении этого вопроса. Председатель КГБ, глава Политбюро ЦК КПСС полагал, что Васильев крайне болезненно это воспримет и опустит руки. 

Я поехал во Дворец ЦСКА на тренировку сборной СССР. После ее окончания беседовал с Тихоновым о готовности команды, ее проблемах. И тактично высказал просьбу вернуть Васильева. Но тренер был тверд в своем решении, так как считал, что Васильев снизил свое мастерство. Конечно, Валерий болезненно переживал случившееся, но взял себя в руки, упорно тренировался и вновь вернулся в сборную, стал ее капитаном. 

Как вы поздравляли «Трактор» с первыми в истории медалями чемпионата СССР – бронзой в 1977 году? Какие эмоции тогда были у вас?

Бронза 1977 года стала для меня долгожданной радостью, о чем я и сказал в своей поздравительной телеграмме. 

В одном из свежих интервью Анатолий Кострюков рассказывал, что три года назад встретил вас в метро. 

С Кострюковым мы встречаемся не только в метро, но и в нашем землячестве «Челябинцы». Радуемся успехам «Трактора», остро переживаем его неудачи. 

С 1982 по 1990 годы вы были послом в Румынии. В феврале 1987 года в Бухарест на три матча Кубка Федерации Румынии приезжал «Трактор», команда играла с молодежной сборной Чехословакии и сборными Румынии и Венгрии. Вы встречались с хоккеистами?


Конечно, я встречался с командой, был на всех играх. Ведь речь шла о родном Южном Урале, спорте, «Тракторе». Одном из символов Челябинска и моей жизни.

Насколько близко вы были знакомы с Валерием Белоусовым? Каким он остался в вашей памяти? Поддерживаете, что его именем назвали ледовую арену в Челябинске?

С Валерием Константиновичем я неоднократно встречался в Челябинске и Москве. В моей памяти он остался прекрасным спортсменом, выдающимся тренером, о чем свидетельствуют блестящие победы команд, которые он возглавлял/руководил. К сожалению, на полпути оборвалась его яркая победная жизнь. Я с радостью узнал, что Арена в Челябинске названа его именем. 

Кто был вашим любимым игроком в «Тракторе»?


Любил многих игроков «Трактора», в целом команду. Виктор Шувалов, который первым из челябинцев стал чемпионом мира и Олимпийских игр, Сергея Захватова, заслуженного тренера СССР, четвертого в истории после Чернышова, Тарасова и Егорова. Великолепного Анатолия Олькова, открывшего «Трактору» «окно» в сборную СССР. Талантливейшего Владимира Каравдина, дважды мастера спорта СССР (по хоккею и бенди). Очень любил Геннадия Цыгурова, надежнейшего защитника и великолепного тренера, прекрасного человека. 

Однако особо высоко ценил игру, мастерство и душевные качества Валерия Белоусова, лучшего бомбардира и главного тренера в истории «Трактора». Добившегося больших успехов с «Магниткой» и «Авангардом». Когда он вернулся – добился большого результата с родным клубом. Финал с «Динамо» я смотрел полностью – по телевизору. Эта серия по-настоящему потрясала. 

Вы родом из Верхней Санарки Пластовского района Челябинской области. Там же родился Петр Сумин, который тоже очень многое сделал для «Трактора». Вы были знакомы? 

С Петром Ивановичем мы не только земляки, но и коллеги по комсомолу и партии. В мои годы он был секретарем комитета комсомола ЧМЗ, первым секретарем челябинского горкома ВЛКСМ, делегатом XVII съезда комсомола, вторым секретарем Челябинского обкома КПСС. Когда он стал губернатором, мы тоже часто общались. Члены правления нашего землячества, президентом которого был я, часто ездили в Челябинск, Магнитогорск, Златоуст. В 2004 году мы вместе были на ЧТЗ и торжественном собрании и великолепном концерте в честь 70-летия завода. Сумин активно поддерживал землячество, бывал в Москве, участвовал в его работе. Горько, что так рано оборвалась его жизнь, 21 июня 2016 ему исполнилось бы только 70 лет. 

В советское время хоккей выполнял важную социальную функцию, был своего рода рупором пропаганды, как бы сейчас сказали – PR-инструментом, представлял мощь страны на международной арене. Сейчас это игра на больших деньгах. Чего, по вашему мнению, не хватает современному хоккею из советского времени? 

Отвечу просто. Советский и современный хоккей, как говорят в Одессе – две большие разницы. 

Источник - Allhockey.ru
Цитировать
осталось 1000 символов
Интересное
Прогнозисты TOP5
1. Кот487
2. ole481
3. Игорюх@479
4. go!traktor473
5. pupsik465
подробнее
Дизайн сайта разработан в студии «Диван.Дизайн»

Хостинг предоставлен хостингом Hosterbox.ru
isakanov@mail.ru
Яндекс.Метрика